Sidebar

20
Сб, июль

«Нет другой страны, где сжигали бы столько деревень»: какие еще деревни разделили участь Хатыни

Оформление
  • Мин. Малинький Средний Большой Макс.
  • По умолчанию Helvetica Segoe Georgia Times

22 марта 1943 года нацистские каратели сожгли заживо 149 человек в Хатыни.

Сегодня на месте деревни располагается мемориальный комплекс, важной частью которого является единственное в мире кладбище деревень, – в годы Великой Отечественной войны с лица Беларуси навсегда стерли больше 9 тыс. названий. Вспомним лишь некоторые из них вместе с историком.

Дремлево

– В первый год войны больше всего пострадали деревни Брестской области. Например, Беловежская пуща, – самое сердце Беларуси. И там уже в 1941 году 34 населенных пункта было сожжено, – рассказывает кандидат исторических наук Кузьма Козак. – Но сожжены они были без населения. Или частично с населением. А один из первых случаев, похожих на Хатынь, произошел 11 сентября 1942 года в Дремлево.

В этот день на рассвете в деревню вломился отряд нетрезвых бойцов СС. Сначала местных жителей, угрожая оружием, согнали в сарай, чтобы не мешали грабить дома. Затем хаты начали сжигать, а жителей – расстреливать. Так фашисты убили 286 человек, в том числе 124 ребенка и 74 женщины. После войны деревня так и не возродилась.

Земля с места, на котором раньше стояло Дремлево, захоронена в мемориальном комплексе «Хатынь». На месте самой же деревни в 1967 году насыпали курган, а в 1982 году создали мемориальный комплекс. В его центре находится скульптура трех скорбящих женщин – бабушки, матери и внучки.

– Это очень сильный образ, который встречается на многих мемориальных комплексах. Я где-то слышал, мол, чтобы слезу выдавить. Ничего подобного, – объясняет Кузьма Козак. – Ведь кто в основном оставался в деревнях? Женщины, дети и старики. Их нацисты по большей части и сжигали.

Борки

– Наиболее знаковым для Беларуси стало решение 28 ноября 1942 года. Согласно этой директиве, опыт привел нацистов к выводу, что лучший способ умиротворения белорусов – сожжение деревень вместе с населением, – рассказывает историк. – Потому что, если деревню сжигают, а население оставляют в живых, «положительного эффекта» нет. Наоборот – тоже нет. Поэтому 1942-1943 года для сельской Беларуси стали самыми страшными.

«Опыт» у немцев к тому времени накопился богатый и ограничивался не одним лишь Дремлево. Так, 15 июня 1942 года – за несколько месяцев до «огненной» директивы – судьбу полесской деревни повторили Борки Могилевской области и еще шесть ближайших населенных пунктов: Закриничье, Хватовка, Пролетарский, Дзержинский, Красный Пахарь и Долгое Поле. Именно эта трагедия потом ляжет в основу художественного фильма «Иди и смотри».

Это была одна из крупнейших карательных операций за все время оккупации. Руководил ею небезызвестный штурмбанфюрер СС Оскар Пауль Дирлевангер. Тот самый, который через полгода заживо сожжет 149 людей в Хатыни. 15 же июня 1942 года он с немецкой педантичностью запишет в одном из донесений: «Расстреляно жителей — 1112, плюс ликвидировано СД — 633. Всего: 1745. Расстреляно при попытке к бегству — 282. Общее количество: 2027».

– Деревня Борки показательна еще и своей волей к жизни, – продолжает Кузьма Козак. – Некоторые жители тогда уцелели, но сама деревня попадет и под следующие карательные акции. Немцы старались выкорчевывать прорастающие здесь ростки жизни.

Но у немцев не получилось: в отличие от шести других населенных пунктов, Борки возродились. 20 июня 2020 года здесь открылся мемориальный комплекс памяти сожженных деревень Могилевской области.

Шуневка

– Сожженные деревни были в каждом белорусском районе. Это особенность нашей страны, нигде больше немцы так массово не сжигали людей в их же деревнях. Были случаи и в Польше, и в Литве, и в России, и Украине. Но так много – только в Беларуси. И ученые продолжают находить новые случаи, – рассказывает Кузьма Козак. – Одна из наиболее пострадавших – Витебская область. Почти половина всех сожженных белорусских деревень располагалась на Витебщине.

Среди них была и Шуневка, которую иногда называют «сестрой Хатыни». И там, и там нацисты отомстили мирным жителям за попадание в засаду автомобиля с немецкими офицерами. В это время в районе шла масштабная антипартизанская операция «Коттбус». Партизанам удавалось не только отбивать атаки фашистов, но и заходить им в тыл. Собственно, так 20 мая 1943 года и подорвали находившийся в тылу автомобиль с 7 вражескими солдатами.

Любопытен состав фашистских войск, воевавших в этом районе. Как выяснили тогда партизаны, в районе Докшицы, Будслав, Парафьянова, Крулевщизны действовали 9 000 человек, из которых силы СС, то есть, «чистокровные» немцы – всего 300 человек. Остальные – литовские, латвийские и украинские коллаборанты.

– В 1943 году к карательным операциям начали активно привлекать коллаборационные формирования, – рассказывает Кузьма Козак. – Это печально, но мы очень мало знаем об их истории. Да, про 118 украинский полк даже есть хорошая книга с документами. А остальные? Литовские образования? Латышские? Многие из них ведь так и не понесли наказания. У историков в этом плане еще много работы.

Сама трагедия разыгралась 22 мая 1943 года. Действовали по уже «наработанному» сценарию – согнали 67 мирных жителей в сарай и сожгли. После войны деревня так и не возродилась.

В 1983 году на месте Шуневки возвели мемориальный комплекс «Проклятие фашизму». В 2010 его реконструировали. Сам мемориал напоминает хатынский, – создатели также нашли места, где когда-то стояли хаты и возвели на них 22 памятника-фундамента. Также на мемориале располагается бетонная глыба колодца, в который фашисты забрасывали детей. Центральное место экспозиции занимает скульптура женщины, стоящей в воротах и посылающей проклятия фашизму.

– Обратите внимание, на этих воротах есть три колокола. Два звонят, один не звонит. Потому что в годы войны погиб каждый третий житель Докшищины и Бегомльщины.

Ола

Это название появилось в нашей культуре памяти относительно недавно. Многие белорусы и вовсе узнали про Олу в 2020 году, когда здесь открыли мемориальный комплекс. Узнали из статей, озаглавленных как «Ола – это 12 Хатыней». 14 января 1944 года в этом месте были убиты 1 758 человек, включая 950 детей.

– Может возникнуть вопрос: откуда такие страшные цифры? Ола ведь небольшая деревня. Дело в том, что в этой деревне прятались жители других близлежащих деревень, она находилась в заболоченной местности, – объясняет Кузьма Козак. – Но 14 января 1944 года гитлеровцы добрались и сюда. Оцепили деревню в кольцо и начали его сужать.

Кого нашли – загоняли в сараи и сжигали в них заживо. Кого не могли найти – искали с помощью собак. Кто пытался убежать – расстреливали из пулеметов и автоматов.

– Стоит, кстати, обратить внимание, когда каратели устраивали свои операции, – обращает внимание историк. – В основном это какие-то религиозные праздники. Например, в Шуневке люди отмечали день Николая Чудотворца. В Оле тоже был праздник, на который многие люди выходили из лесов, в которых прятались, чтобы побыть вместе в своих домах.

Некоторым жителям Олы чудом удалось выжить. Например, Ольге Курлович, которая вместе с сыном прикинулась мертвой. Или Артему Устименко, который спрятался сначала на чердаке, а потом в кустах. В 1945 году, они поехали в Брянск, где поучаствовали в суде над карателями, устроившими расправу в Оле. Правда, наказали лишь двух немецких офицеров. Большая часть преступников осталась не только безнаказанной, но и неизвестной.

Сегодня на месте трагедии располагается большой мемориальный комплекс с 12 колоколами – в память о 12 погибших деревнях.

Никита ГРЕБЕННИКОВ

Источник: ФПБ